Для сурка здесь Крайний Север
Одни охоту на этого зверька объявляют, другие за увеличение численности бьются. Шестой год живут и плодятся близ села Абашево Чебоксарского района привозные сурки. На прошлой неделе (август 2007 г.- прим. «Суркин дом») их стало на семь особей больше.
Освоение новой родины пошло трудно. Часть сурков, видимо, не захотела жить в приготовленных человеком норах и разбежалась, часть стала жертвой бродячих собак. Однако 9 особей все же сохранились и залегли в спячку. Вторая партия из 17-и сурков была доставлена из Канашского района. Освоение ими нового местожительства прошло более спокойно. А на прошлой неделе сообщество переселенцев пополнилось — 7 зверьков доставлены из Татарстана. Для «колонизаторов» отведено 205 гектаров в пойме речки Рыкша.
Сурок же на чувашской земле вовсе не гость. Обосновался он у нас давно. Об том свидетельствует разнообразие топонимики с названием этого зверька в южных районах республики. У чувашей он — «савар». Чуть иначе у других тюркских народов — «суур». Звучит почти как на русском. Известный фразеолог Макс Фасмер полагал, что название сурка русские заимствовали у тюрков. А своих сурков чуваши, похоже, весьма почитали. Считали, что произошли они от человека. И объяснение достаточно логичное нашли. По их наблюдениям, плачет сурок, когда его поймают, горькими слезами, вытирая их коротенькими передними лапками, — ну, впрямь как человек. И бедных землепашцев защищать, оказывается, умел, когда тех обижали. Такие легенды зафиксированы в 17-томном словаре Николая Ашмарина. Сказки сказками, а наш сурок действительно необычен. И интересуются им ведущие сурковеды мира. Оказывается, чувашские колонии зверька еще в 19-м веке были признаны самыми северными для его европейского собрата. Дальше он своим ходом не пошел.
Несладкой оказалась его жизнь на чувашской земле. Эту тему изучил начальник отдела Чувашского исторического архива Сергей Выйкин. По его данным, в южных районах сурки обитали в большом количестве и издавна. Трагичными стали и для них голодные 1921-1922 годы, когда случалось даже людоедство. Деревни питались в основном мясом сурков. Добыча на одного охотника доходила до 300 голов в год. Промышлять приезжали артели из Татарии. Голод республика выдержала, и в 1932 году ее правительство объявило заповедными места обитания сурков в Батыревском и Яльчикском районах общей площадью в 1000 гектаров. Но это не спасло бедняжек. Нагрянула война и для них. В итоге сохранилась лишь батыревская колония, занимавшая весь склон берега Булы возле деревни Бахтиарово. И то в основном благодаря заботе руководства ордена Ленина колхоза «Гвардеец». Напомним, возглавлял его Михаил Долгов в статусе депутата Верховного Совета РСФСР. Видимо, он и подтолкнул правительство республики создать в 1961 году на базе этой колонии сурковый заказник на 25 гектарах. Так Чувашия спасла своих самых северных сурков. А в 80-х пошло настоящее увлечение ими. За десятилетие в республику было завезено почти тысяча зверьков. Они разбежались по территориям десяти районов. А Москва на английском языке издала книгу о наших сурках.
Так чем же ценен этот зверек? Прежде всего, конечно, тем, что он есть — миленький, пушистенький, толстенький. Никого не обижает, питаясь только растительностью. Как человек, не переносит одиночества. Имеет семью, которая живет в «многоквартирной» глубокой норе и каждый год приносит по 4-5 детенышей. Умеет выставлять наблюдателя, когда компания выходит пощипать травку. Придумал свои сигналы тревоги. Ну, просто умница. И та легенда о человеческом его происхождении, похоже, не случайно родилась. Зам. директора «Присурского» Александр Дмитриев, знакомый со всеми нашими колониями, объяснил, что сурок по строению организма так же близок к человеку, как обезьяна и свинья. Поэтому очень подходит для испытания лекарств и разработки методов лечения человека. Но больше страдает он из-за другой своей ценности. Его жир считается лечебным, широко используетсяи и в парфюмерии. Слава богу, ради шкурки, а тем более мяса, бедняжку нынче бьют уже редко. И без того упомянутые две колонии, считает наш собеседник, уменьшились до предела. В батыревской сейчас не больше 60 зверьков, в яльчикской и десятка нет. Около 400 насчитывается в хозяйстве Аркадия Айдака. Образовалась колония в Цивильском районе, на базе которого сначала был создан районный заповедник, ставший затем республиканским. В итоге у нас наберется порядка 600 особей. Пополнение, конечно, будет давать Абашевский заказник.
Выходит, заметит читатель, сурок пошел еще дальше на север. Более того, объясняет А. Дмитриев, он и границы республики перешагнул, обитает в Кировской области, Удмуртии. Значит, Чувашия перестала быть обладательницей самого северного в Европе сурка? Нет, наш все равно остается уникальным — считается реликтовым, сохранившим древний генофонд. Того же удмуртского, переселенного, можно назвать как бы искусственным. Их тоже разводят, конечно, не ради забавы. До 2001 года сурок как исчезающий представитель фауны состоял в Красной книге. А сегодня в него можно стрелять. Охота на безобидного зверька открыта и в Чувашии. По квоте нынешнего года в жертву охотничьим утехам принесено 30 особей канашской колонии, которая пока не защищена строгостями заповедника или заказника. И стреляют в них, считается, не ради добычи, а в основном ради забавы, ибо мяса и меха разного сегодня — хоть отбавляй, уже даже лиса не ценится, а сделать жир сурковый пригодным для использования в домашних условиях очень трудно, да и секреты надо знать. Природоохранные инстанции, дающие добро на охоту и надзирающие за ней, полагают, что изъятие небольшой части колонии окажется для нее только стимулом к более активному размножению. Заметим, так же считают и сами сурковеды. Но вот вопрос: неужто можно полагать, что слишком расплодился чувашский сурок, если за пополнением его рядов приходится ездить к соседям, оправдывается создание новых заказников? Судя по сообщениям информагентств, сурковеды Поволжья обеспокоены исключением зверька из Красной книги. И наш собеседник А. Дмитриев отмечает, что численность сурков в республике после открытия охоты на него заметно сократилась..
В. ВАСИЛЬЕВ.
Источник
Абашевский сурок под защитой самого главы района.
Сурки в этой округе никогда не обитали. Летом 2001 года по решению Собрания депутатов родился районный заказник степных сурков. Первыми переселенцами стали 25 зверьков из колонии, обосновавшейся на территории Цивильского района. Освоение новой родины пошло трудно. Часть сурков, видимо, не захотела жить в приготовленных человеком норах и разбежалась, часть стала жертвой бродячих собак. Однако 9 особей все же сохранились и залегли в спячку. Вторая партия из 17-и сурков была доставлена из Канашского района. Освоение ими нового местожительства прошло более спокойно. А на прошлой неделе сообщество переселенцев пополнилось — 7 зверьков доставлены из Татарстана. Для «колонизаторов» отведено 205 гектаров в пойме речки Рыкша.
Переселенцы прибыли.
Сурок же на чувашской земле вовсе не гость. Обосновался он у нас давно. Об том свидетельствует разнообразие топонимики с названием этого зверька в южных районах республики. У чувашей он — «савар». Чуть иначе у других тюркских народов — «суур». Звучит почти как на русском. Известный фразеолог Макс Фасмер полагал, что название сурка русские заимствовали у тюрков. А своих сурков чуваши, похоже, весьма почитали. Считали, что произошли они от человека. И объяснение достаточно логичное нашли. По их наблюдениям, плачет сурок, когда его поймают, горькими слезами, вытирая их коротенькими передними лапками, — ну, впрямь как человек. И бедных землепашцев защищать, оказывается, умел, когда тех обижали. Такие легенды зафиксированы в 17-томном словаре Николая Ашмарина. Сказки сказками, а наш сурок действительно необычен. И интересуются им ведущие сурковеды мира. Оказывается, чувашские колонии зверька еще в 19-м веке были признаны самыми северными для его европейского собрата. Дальше он своим ходом не пошел.
Несладкой оказалась его жизнь на чувашской земле. Эту тему изучил начальник отдела Чувашского исторического архива Сергей Выйкин. По его данным, в южных районах сурки обитали в большом количестве и издавна. Трагичными стали и для них голодные 1921-1922 годы, когда случалось даже людоедство. Деревни питались в основном мясом сурков. Добыча на одного охотника доходила до 300 голов в год. Промышлять приезжали артели из Татарии. Голод республика выдержала, и в 1932 году ее правительство объявило заповедными места обитания сурков в Батыревском и Яльчикском районах общей площадью в 1000 гектаров. Но это не спасло бедняжек. Нагрянула война и для них. В итоге сохранилась лишь батыревская колония, занимавшая весь склон берега Булы возле деревни Бахтиарово. И то в основном благодаря заботе руководства ордена Ленина колхоза «Гвардеец». Напомним, возглавлял его Михаил Долгов в статусе депутата Верховного Совета РСФСР. Видимо, он и подтолкнул правительство республики создать в 1961 году на базе этой колонии сурковый заказник на 25 гектарах. Так Чувашия спасла своих самых северных сурков. А в 80-х пошло настоящее увлечение ими. За десятилетие в республику было завезено почти тысяча зверьков. Они разбежались по территориям десяти районов. А Москва на английском языке издала книгу о наших сурках.
Колонист освоился.
Правительство новой Чувашии пошло еще дальше. Батыревская и яльчикская колонии были включены в состав заповедника «Присурский». Через год они стали охраняемыми зонами федерального значения. Республика сохранила имидж обладателя такой уникальной части фауны, какой нет ни у одного другого региона, — самого северного европейского сурка. Эта заслуга была оценена на мировом уровне. В 1996-1997 годах в Чебоксарах состоялись две международные встречи сурковедов. Правда, уважаемая газета «Известия» с подачи своего собкора, выдала на свет публикацию, нашпигванную откровенными издевками над заботами сурковедов. Журналист перед тем, как сесть за свой опус, видимо, даже не потрудился узнать, какую ценность представляют собой эти зверьки. Впрочем, и мы с вами, наверное, больше знаем об американском сурке по имени Фил, который, перезимовав в сладкой спячке, просыпается и устраивает великий праздник весны всей стране, чем о своем родном, чудом выжившем. Так чем же ценен этот зверек? Прежде всего, конечно, тем, что он есть — миленький, пушистенький, толстенький. Никого не обижает, питаясь только растительностью. Как человек, не переносит одиночества. Имеет семью, которая живет в «многоквартирной» глубокой норе и каждый год приносит по 4-5 детенышей. Умеет выставлять наблюдателя, когда компания выходит пощипать травку. Придумал свои сигналы тревоги. Ну, просто умница. И та легенда о человеческом его происхождении, похоже, не случайно родилась. Зам. директора «Присурского» Александр Дмитриев, знакомый со всеми нашими колониями, объяснил, что сурок по строению организма так же близок к человеку, как обезьяна и свинья. Поэтому очень подходит для испытания лекарств и разработки методов лечения человека. Но больше страдает он из-за другой своей ценности. Его жир считается лечебным, широко используетсяи и в парфюмерии. Слава богу, ради шкурки, а тем более мяса, бедняжку нынче бьют уже редко. И без того упомянутые две колонии, считает наш собеседник, уменьшились до предела. В батыревской сейчас не больше 60 зверьков, в яльчикской и десятка нет. Около 400 насчитывается в хозяйстве Аркадия Айдака. Образовалась колония в Цивильском районе, на базе которого сначала был создан районный заповедник, ставший затем республиканским. В итоге у нас наберется порядка 600 особей. Пополнение, конечно, будет давать Абашевский заказник.
Выходит, заметит читатель, сурок пошел еще дальше на север. Более того, объясняет А. Дмитриев, он и границы республики перешагнул, обитает в Кировской области, Удмуртии. Значит, Чувашия перестала быть обладательницей самого северного в Европе сурка? Нет, наш все равно остается уникальным — считается реликтовым, сохранившим древний генофонд. Того же удмуртского, переселенного, можно назвать как бы искусственным. Их тоже разводят, конечно, не ради забавы. До 2001 года сурок как исчезающий представитель фауны состоял в Красной книге. А сегодня в него можно стрелять. Охота на безобидного зверька открыта и в Чувашии. По квоте нынешнего года в жертву охотничьим утехам принесено 30 особей канашской колонии, которая пока не защищена строгостями заповедника или заказника. И стреляют в них, считается, не ради добычи, а в основном ради забавы, ибо мяса и меха разного сегодня — хоть отбавляй, уже даже лиса не ценится, а сделать жир сурковый пригодным для использования в домашних условиях очень трудно, да и секреты надо знать. Природоохранные инстанции, дающие добро на охоту и надзирающие за ней, полагают, что изъятие небольшой части колонии окажется для нее только стимулом к более активному размножению. Заметим, так же считают и сами сурковеды. Но вот вопрос: неужто можно полагать, что слишком расплодился чувашский сурок, если за пополнением его рядов приходится ездить к соседям, оправдывается создание новых заказников? Судя по сообщениям информагентств, сурковеды Поволжья обеспокоены исключением зверька из Красной книги. И наш собеседник А. Дмитриев отмечает, что численность сурков в республике после открытия охоты на него заметно сократилась..
В. ВАСИЛЬЕВ.
Источник
